Зима ассоциируется у всех с холодом, белизной, злобой и жестокостью, но, кажется, этот герой решил пойти наперекор известному…

Морозом пропитанный воздух. Узоры на льду. Хрупкий снег. Белая вата облепила всё, и нею полнилась почва. Из-под неё не видно ни одного листочка, каждое деревце плачет и хочет весны. Никто не любит холод, особенно лютый, жестокий…

Никто, кроме одной птички. Была она такая, яркая и толстая, прыгала с ветки на ветку и, кажется, совершенно ей было всё равно – мороз сейчас или солнце. Летом никто не видел её, а зимой только и наслаждались.

–Смотри! – кричали дети друг другу. – «Толстый шарик» снова по веткам бегает! – так прозвали они её, хотя сама птичка отнюдь не была толстой, так могло показаться, но это – всего лишь обман.

Но она вправду любила ходить по снегу, проваливаться в него, выныривать и снова прыгать. Это никто не понимал. Она обижалась.

Однажды снова была зима. Снежинки ложились на пёрышки, и те, красные и пушистые, покрывались забавным рисунком. Синие и белые разводы быстро таяли, но некоторые комочки оставались, и тогда птичка начинала умываться и резко бить хвостом и крыльями, и снег тотчас исчезал. Она точно не давала ему, холодному, пробраться внутрь себя, заморозить желание и стремление к жизни и все те качества и мечты, которые грели надеждой. И на ветке снова сидела она, точнее он, толстый и красный шарик.

«Шарик» часто взбирался на крыши, заглядывал в окна, стучал своим массивным розово-рыжим клювом, махал крыльями, точно приглашая людей на улицу. А они думали – птица просится в дом. Он летал над полями, кружил вокруг празднично украшенных магазинчиков, садился на блестящие гирлянды и даже пробовал лампочки на вкус. Птичка, а точнее ещё маленький птенчик, был слишком любопытен и потому вёл себя так, был смешным. А потом, когда возвращался к родителям, кружил над деревьями и норовил коснуться голов бегущих детей, только теперь не один, а вместе – в семье их было немало.

Но пришли однажды морозы лютые, и люди чужие переехали в славный город. Увидели они ярко-огненных птиц, изловили всех, кроме маленького, и что они сделали с ними? Не знаю. Только слышались залпы и свист, и порохом долго воняло…

Маленький красный шарик боялся теперь, как прежде, гулять по деревьям, он улетел в сад и прятался там, в ветках раскидистых яблонь. Там и пережидал зиму, там жил лето и осень, прячась от людских глаз. В тёплое время года это легко получилась, а вот попробуй спрятать алый окрас зимой? Можно в дупле сидеть, но всё равно вылетать придётся, семечки искать и крошки. Никто ведь не насыплет гору.

И птенчик, за год уже малость подросший, летал кругами вокруг каких-то детей. Они кидали ему еду, а он благодарно чирикал. Дети кричали:

–Ещё! Хочу послушать, как он поёт! Соловей…

–Его и зовут Вергинским соловьём, – вставила девочка-сестричка, а после мечтательно опустила глаза.

–Ты чего? – поинтересовался брат.

Девочка отмахнулась и засмеялась.

–Я знаешь, о чём подумала? Будешь смеяться ты… Одна маленькая птичка спорит долго с зимой. Она такая яркая, алая, прямо как сердце. И спорит, зная, что на свете такая одна, и даже одна согласна идти против всех. И знаешь, тает при этом лёд. Близится март, и весна уже скоро. И даже зима постепенно ей уступает… Дай ей ещё семян!

p. s. Это произведение может принадлежать к Вселенной повести «Сердце в перьях», но не является отрывком. (прим. автора)

2017, 215 

Сообщение Даже если одна появились сначала на Альфа Центавра.